Алексей Востряков (13vainamoinen) wrote,
Алексей Востряков
13vainamoinen

Categories:

Одиночество.

В 1933 году отца исключили из партии, и он вернулся рабочим на Онежский тракторный завод. Записи из дневника моего отца.

«В бригаде все просто и я в ней равный среди равных: ни восклицаний, ни вопросов, ни замечаний. Трунов поставил меня к сварщику готовить детали для сварки. С напарником разговор только деловой. Лицо прикрыто от лучей дуговой электросварки, щитком с синим стеклом.
В обеденный перерыв вышел на двор завода. Вижу перед новомеханическим у стола группа парней. Васька Киркоров из кузницы что-то с ними толкует. Интересно, что говорят? Подошел к ним – Васька испуганно глянул на меня, замолчал, не признается, глядит, как на постороннего. Отошел от них – пусть продолжает свой секретный разговор: для меня ведь не секрет, что эти парни делают снаряды.
Вечером пошел в клуб, записался в драмкружок. Только стал репетировать роль деревенского кулака, Киркоров тут как тут. Взял он у артиста театра, который руководил кружком, список кружковцев и вычеркнул меня.

В зале клуба раздвинуты по стенам скамейки. Танцует молодежь. Пригласил на вальс незнакомую девушку. Она меня не знает, и я ее не знаю. Спросил имя – назвалась Айна.
Айна была весела, весь вечер танцевала только со мной и проводить ее разрешила мне. Рассказала, что она из Ведлозера, там руководит комсомолией.
- А я, увы, исключен из партии! – сообщил… - и вдруг она стала чужой, как будто и не было ее».

Отец не выдержал обструкции и решил уехать туда, где его никто не знает.
«Уволился с завода. Поехал в Ленинград. Большой город. Работы много: «Требуются, требуются!» - кричат плакаты с заборов, домов. Слесари нужны на заводы, но с ленинградской пропиской. Дядя у себя в доме прописать меня отказался».
Отец поехал в Горький, потом Иваново, Ярославль. Везде требуется местная прописка. «В Ярославле… оформился чернорабочим на Волгострой.
«Парь тело, рубаху, армяк, изгоняй вошь, изживай сыпняк!» - висит плакат перед входом в санпропускник. У меня нет вшей, не болел сыпняком, но с удовольствием помылся. На последние копейки купил в магазине кусок хлеба, в столовой стакан чая и заправившись плотно, приятно растянулся на койке в общежитии».
«Сосед по общежитию оказался моим напарником на стройке. Копать ямы под фундаменты жилых домов велел нам мастер. Под снегом, но глубоко промерзла земля. Тяжелый лом лишь откалывает ее замерзшие куски. Натаскали дров, развели костры – это ускорило дело. Работать жарко, а ноги в сапогах мерзнут. У напарника лапти. Выпросил и я лапти. Тепло в лаптях, и девушки, что относят от вырытых нами ям землю, не отворачиваются, улыбаются нам. Одна даже в клуб на танцы позвала меня. Я обещал придти и не пришел.
- Ты чего это девку обманул? Она ждала тебя в клубе – упрекнул товарищ по работе.
- Ничего не хочу! – ответил и повернулся на бок к стене.
Под мерзлой почвой песок. Выравниваю лопатой стенки вырытой ямы. Напарник закурил. Невысокого роста с нежным девичьим лицом паренек подошел, присел на кучу песка:
- Ребята вступайте в комсомол!
Глядим на него, молчим. У него в правой руке карандаш, в левой – тетрадь. Он готов записать нас, спрашивает товарища:
- Ты хочешь вступить в комсомол?
- Я сидел в тюрьме. Вы меня не примете! – ответил спокойно товарищ, легко выскочил из ямы и пошел раскладывать дрова для очередного кострища.
- А тебя что держит? – пытает меня юнец.
- Вы меня тоже не примете.
- Почему?
- Ладно, помолчим для ясности! – ответил неопределенно комсомольскому активисту я и по примеру товарища выскочил из ямы.
Через два месяца вернулся домой в Петрозаводск, на завод, к людям, которых я знаю, которым не надо объяснять, почему я не комсомолец».
Tags: СССР, история
Subscribe

promo 13vainamoinen august 1, 2013 09:55 8
Buy for 30 tokens
Промо-блок свободен.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments